Хорунжий. Віньєтка: рушниця, списи, келепа, шаблі, пістолети, ятагани, порохівниці.

Думи старшого складу про боротьбу з Турками і Татарами, "невольницькі" й навчаючі

Самійло Кішка
Запис близько 20 липня 1832 р





1 Изъ города Козлова до города Трапезона
Гуляла галера цвъткована-малевана ,
Четырьмя цветами процвктанна,
Первымъ ЦВЄТОМЬ процветания —

5 Синими киндяками обвиванна,
Другимъ цвктомъ процветание,
Турецкою червоною габою обвиванна,
А третимъ цвктомъ процветания —
Христіанскою кровью фарбованна,

10 Четвертымъ цветомъ процветание —
Неволниками осаженна,
Козацкими гарматами обрыштована.
У той галере пробувало 700 турокъ-янычаръ,
Межъ ними булъ старшій старшиною Алканъ-паша,

15 Трапезонское дитя молодое.
Около той галеры пробувало 350 козаковъ-неволниковъ.
Уже они 40 ЛЪТЬ ВЪ НЄВОЛЪ пробувають,
Объ земле христіанской ничего не знаютъ.
То межъ. ними безъ старшины козацкой не бывало,

20 Только одинъ бувъ старшій старшиною,
Кишка Самыйло, гетманъ запорозскій ,
Другій бувъ старшій старшиною
Судья черкаскій Марко Грачъ.
То вже тогда Алканъ-паша, трапезонское дитя,
добре винъ дбає,

25 На невольниковъ по два, по три кайдановъ набывае,
Березиною по голыхъ рукахъ христіанскихь затинає,
Кровью христіанскою следы заливає:
«Добре вы, невольники, дбайте,
Скорейше галеру до города Трапезона доганяйте!»

30 Тогда невольники за опашны руками хватали,
Изъ глыба морской воды доставали.
Швыдко галеру Чернымъ моремъ погоняли,
До острова Тендера приганяли,
Противъ Кефы города на опочинокъ ставали,

35 Тамъ вони соби заночевали.
То Алканъ-паши трапезонскому ополночи приснился сонъ
чуденъ да пречуденъ,
То Алканъ-паша отъ сна прочинае,
Промежду турками-янычарами похожае:
«Который бы межъ вами могъ сей сонъ отгадати,

40 Могъ-бы я его великимъ паномъ наставляти,
Що приснился мні сонъ чуденъ да пречуденъ:
Видится, козаки-невольники моихъ турокъ-янычаръ всіхь порубали,
Въ Черное море вкидали,
А видится, Кишка Самійло, гетманъ Запорозскій, мене на руки бралъ,

45 Мени сплечъ головку снималъ,
Въ Черное море вкидалъ».
То межъ турками-янычарами никто не могъ сего сна отгадати,
Только бувъ межъ ними старшій старшиною Ляшъ Бутурлина ,
Полковникъ переяславскій,

50 Недовірокь христіанскій,
А винъ клюшникъ галерскій,
Той могъ сей сонъ отгадати,
Сталъ словами промовляти:
«Велю я тебі, пане молодый, изъ невольниковъ старые кайданы снимати,

55 А новыхъ по два, по три набивати,
То будетъ твоя галера въ цілости пробувати».
Тогди турки-янычаре изъ невольниковъ старые кайданы снимали,
Новыхъ по два, по три набивали
И скоренько до города Трапезона поспішали,
60 До дівки Санжакивны скоро приіжжали .
Стали до города Трапезона приіжжати,
Стали галеру до берега припинати,
Сталъ Алканъ-паша молодый до дівки Санжаковны прибувати,
Усихъ турокъ-янычаръ съ собою брати,
65 Тылько клюшника галерского въ галері оставляти,
То тамъ сталъ пити та гуляти,
Только двохъ турокъ-янычаръ сталъ на подслухи посылати,
Що буде Ляхъ Бутурлака изъ гетманомъ Самійломь розмовляти.
Тоді Ляхъ Бутурлака до Кишки Самила словами промовлялъ:
70 «Колы бъ ты, Кишко Самійло, свою віру христіанску поламалъ,
А нашу бусурманску на себе взялъ,
Уже бъ. я тебя съ кайданывъ расковалъ
И съ собою за однимъ столомъ сажалъ».
То Кійшко Самійло свою віру христіанскую будто поламає,

75 А Бога Милосердного въ сердцЬ себк мае.
Ляхъ Бутурлака Кишку Самійла изъ кайданивъ росковалъ
И съ собою за однимъ столомъ сажалъ,
Про козацкіи звычаи роспиталъ.
То турки-янычари тогди тое вислухали,

80 До Алканъ-паши прибували,
Словами промовляли:
«Теперъ, пане молодый, пый та гуляй,
Только Ляха-Бутурлака не забувай».
Алканъ-паша пье та гуляє,

85 Въ галеру напитки посылае.
Якъ сталъ Ляхъ Бутурлака пидпивати,
Сталъ гетману запорожскому по три чарки горилки даваты,
То Кишка Саміїіло по одной чаркъ выпивав,
А по другой въ рукава выливав,

90 А третію чарку черкаскому судьи посылае.
То въже Ляхъ-Бутурлака якъ упився,
То на лижко свалился,
То Кишка Самійло отъ его пьяного съ запояса ключи отобралъ,
Увс'Ьмъ невольникамъ въ руки подавалъ:

95 «Вы, братцы, сами себя отмыкайте,
Брязку не учините,
Ильяша Бутурлака не збудите».
Тогда невольники сами себя отмыкали,
Брязку не учинили,

100 Ляша Бутурлаки не збудили.
Тогди Кишка Самійло Ляшу Бутурлацы
ключи до пояса привязалъ.
О полночной годинЬ Алканъ-паша, дитя молодое, отъ дъвки Сан-
жакивны изъ турками до галеры прибывав,
То вже самъ лягає,
Спочиває,

105 И только двухъ турокъ ради осмотрънія кайдань посылае.
То турки мижъ невольниками похожали,
За кайданы руками не хватали,
До Алканъ-паши прибували,
Словами промовляли:

110 «Теперъ ты, пане нашъ молодый, спочивай,
Только Ляша Бутурлаки не забувай».
Турки пьяны бували,
Великимъ сномъ крепко спали.
Кишка Самійло изъ рукъ, изъ ногъ тогди кайданы спускає,

115 До неволышковъ словами промовляє:
«Невольники, изъ рукъ, изъ ногъ кайданы спускайте,
Брязку не учините, ’
Турокъ-янычаръ не збудите,
Сабли булатные въ руки хватайте,

120 Туркамъ головы снимайте,
Въ Черное море вкидайте,
Только Ляша Бутурлака не займайте,
Для порядку козацкаго оставляйте».
Кишко Самійло Алканъ-пашу, трапезонское дитя молодое,
на руки бралъ,

125 Сплечъ голову снималъ,
Въ Черное море вкидалъ,
Словами промовлялъ:
«Алканъ-паша, трапезонское дитя!
Що тоби во снк снилось,

130 То тебк на яви изъ явил ось».
Тогда уже Кишко Самійло, гетманъ запорожскій,
до козаковъ словами промовляє}
«Ну-мо жъ мы, братця, сію турецкую галеру отъ пристани трапезонской далк отгоняти».
Якъ стали Чернымъ моремъ покжжати,
Стало ясне сонце снихожати,
135 Сталъ Ляшъ-Бутурлака отъ сна прочинати.
Тогди по галерЬ поглядак,
Що ни одного турка немає,
Тогди до козаковъ словами промовляє:
«Козаки, панове-молодци!

140 Нехай бы я могъ знати,
Кого межъ вами паномъ назвати».
Козаки словами промовляли:
«Ляше Бутурлако,
Полковнику Переяславскій!

145 Ты и самъ добре знаешъ,
На-що ты насъ пытаешъ?»
Тогди Ляшъ Бутурлака съ лижка вставав,
До Кишки Самыйла приступає:
«Ей, гетмане запорожскій!

150 Зрадивъ ты мене старого,
И мого пана молодого».
Кишка Самійло словами промовляє:
«Якъ будешъ ты мени сее говорити,
То буду я тебе въ Черное море живьемъ укидати,

155 А то я тебя могъ для порядку козацкаго оставляти».
Въ обідней годині стало ихъ 9 галеръ турецкихъ зостречати,
Сталъ Ляшъ Бутурлака словами промовляти:
«Кишко Самыйло,
Гетманъ запорожскій!

160 Половину козаковъ въ кайданы забивай,
А половину въ турецкое платье наряжай».
Тогди Кишко Самійло половину козаковъ въ кайданы забывае,
А половину въ турецкое платье наряжав,
Ляхъ Бутурлака на чердакъ выхожае,

165 Турецкую короговъ выставляв,
До турокъ-янычаръ словами промовляє:
«Турки-янычари, не близко вы проіжжайте,
Цытте, не кричите,
Молодого пана моего не збудите,

170 Бо мій панъ цілу ночъ съ дівкою Санжакивною гулялъ,
А теперь винъ спочиває».
Тогди турки-янычари тое зачували,
За три версты галеры турецкыи отвергали.
Тогди Ляшъ Бутурлака словами промовляє:

175 «Ей, ну-те жъ, козаки, галеру швыденько до Січи приганяйте,
Щобъ не могли турки того дознати,
Назадъ галеры привертати».
Стали козаки галеру до города Січи приганяти,
Стали січовне козаки тое забачати,

180 Стали вони изъ пушокъ гремати:
«Ну-мо мы, братця, сію турецкую галеру розбивати,
Щобъ могли турки въ Черномъ море потопати».
Ляшъ Бутурлака тое забачає,
До Кишки Самыйла словами промовляє:

185 «Кишко Самыйло,
Гетманъ Запорожскій!
Ты межъ козакамы пробуваешъ,
Козацкихъ звычаевъ не знаешь...
Цвітную козацкую крещату хороговъ на чердакъ выноси,

190 Будуть січевьіе козаки тое забачати,
Будуть нашу галеру козацкую крюками за лавки хватати,
До берега ближе притягати,
А то намъ доведется на Черномъ море пропадати».
Кишко Самійло червону короговъ крещату на чердакъ выставляв,

195 Оъчевые козаки стали познавати,
Стали въ лодки сідати,
Стали близив прийжжати,
За лавки галеру крюками хватати,
Стали до берега близче притягати,

200 Стали козаки съ галеры на берегъ виступати,
Семене Скалозубе гетмане до галеры ближче приступає .
Гетмана запорожского Самыйла тамъ пизнавае,
И ще до его словами промовляє:
«Кишко Самыйло, гетмане запорожскій,

205 Сорокъ годивъ ты въ неволі пробувалъ,
Ни одного козака изъ войска своего не утерялъ».
Тогди Кишко Самыйло изъ галеры выступав,
Семена Скалозуба въ турецкую одежу наряжав,
На козакивъ словамы промовляє:

210 «Козаки, панове-молодцы! Ляша Бутурлаку изрубайте,
А то мы тогди его не рубали,
Що для порядку козацкаго оставляли».
Прийхалъ Кишко Самыйло, гетман запорожскій,
въ осени о Покрові
Та умеръ въ Филиповку объ Николай,






Література:

Українські народні думи Том перший корпусу. Державне Видавництво України,1927р.
Українські народні думи. Видавництво "ПРОСВІТА" Львів 1920, Філярет Колесса
Українські народні думи. 1972р., Б.П.Кірдан